Е. Ю. Контарева, Ростовская государственная консерватория,
г. Ростов на Дону, Россия
Краеведение — не только наука, но и деятельность!
Охранение прошлого, но и забота о будущем.
Д. С. Лихачёв
Краеведение — понятие многоуровневое. Это, по свидетельству современных учёных, многофункциональная и, по мнению Д. С. Лихачёва, самая массовая из наук, привлекательная и открытая для всех, объединяющая специальные знания и частные методы других научных областей и собирающая под своё крыло представителей разных профессий.
Краеведение предстаёт в нескольких ипостасях: как «форма общественной деятельности», «средство творческого общения», «первичная методика познания». Эта научная область, как справедливо утверждал академик Лихачёв, не делится на науку «элитарную» — для знатоков — и «популярную» — для дилетантов, не имеет ни профессиональных, ни возрастных ограничений для желающих постигать её как школу жизни на протяжении всего своего бытия.
Стало быть, эта разноликая сфера в своём повседневном социальном предназначении служит вратами, через которые человек входит в окружающий мир, осваивая его, когда впервые осознаёт себя в своём материальном и духовном жилище. В этом процессе краеведу уготована не пассивная, а активная, созидательная и весьма ответственная роль участника непрерывного диалога с окружающим его культурным пространством, с учётом того, что насильственно прервать этот процесс, произвольно выйти из него индивид не может без значительного ущерба для себя как социально детерминированной личности.
Если само слово «край», согласно интерпретации А. Г. Озерова, следует не только связывать с географическими координатами и административными границами, но и рассматривать как среду бытования городского или сельского жителя, то для каждого из них лишиться своего «краевого» или регионального статуса означает практически то же, что выйти из социума, оборвав жизненно необходимые связи с ним.
Однако и край в его широком гуманитарном значении не существует без населяющего его людского сообщества, невзирая на то, что родовые, генетические и ментальные связи с местом рождения и проживания проявляются в разной степени осознанно и могут сохранять свою силу на расстоянии, воплощаясь в таких высоких лексемах, как «родина» или «духовная колыбель», отнюдь не равнозначных такому понятию, как «ареал обитания», вполне приложимому к животному миру.
В цитируемой статье, воспринимаемой как апология краеведения и как профессиональный манифест, Лихачёв справедливо относит эту область знания «к типу комплексных наук». В итоге краеведение как особый вид не только научной, но и общественной деятельности активно влияет на самоидентификацию индивида, который, соединяя себя с конкретным локусом и обращаясь к конкретному разделу регионоведения — «москвоведению», «петербурговедению», «нахичевановедению» и т. д., в соответствии с делением, предложенным А. Г. Озеровым [1], начинает связывать себя с определённым локальным сообществом и ощущать себя москвичом, петербуржцем, нахичеванцем, рассматривая подобные понятия не только в контексте жизненных ценностей и установок, но и сквозь призму темперамента, речевых и поведенческих стереотипов, привычек, пристрастий и традиций.
Подобным воздействием на сознание своих приверженцев краеведение отличается от тех наук, к которым примыкает достаточно близко, включая географию, биологию, антропологию, психологию, социологию и даже историю, в не меньшей мере проявляющую интерес к конкретным личностям и отдельным судьбам. Однако каждая из перечисленных наук представляется куда более индифферентной по отношению к своим «верноподданным» и, по сравнению с краеведением, выражаясь слогом Лихачёва, оказывается «суше», строже и бесстрастнее [2].
Ближе всего из всех гуманитарных наук краеведение подходит к культурологии и искусствоведению, опираясь на историзм и осуществляя отбор явлений и фактов по определённым оценочным критериям. Всё это позволяет сделать вывод об огромной «моральной отдаче» этой по своему универсальной и уникальной «воспитывающей науки», обращённой и к интеллекту, и к чувствам индивида, и «требующей от человека неравнодушного отношения к предмету и выводам своего изучения» [2].
И потому, в отличие от других наук, краеведение формирует в человеческом сознании не только знание о предмете, но и персональное отношение к нему.
«Улицы, площади, каналы, отдельные дома, парки напоминают, напоминают… Ненавязчиво и ненастойчиво входят впечатления прошлого в духовный мир человека, и человек с открытой душой входит в прошлое», — он учится уважению к предкам и «нравственной ответственности перед людьми прошлого и одновременно перед людьми будущего» [2].
Вот почему можно с полным правом утверждать, что путь в краеведение лежит через эмпатию: способствовать, сострадать, сочувствовать, одушевлять материальный мир и приравнивать города к персонам, вступая с ними в диалог [3].
Эти свойства душевной организации способны обусловить личностную предрасположенность к краеведческим изысканиям, как это случилось с известным представителем нахичевановедения, публицистом, автором многочисленных книг и статей и в то же время талантливым диагностом и клиницистом в области урологии Г. М. Багдыковым.
«Краеведение — научная дисциплина, облагораживающая предмет своего изучения единственно своим изучением» [2], в отличие от других наук, не призванных дополнять исследуемый объект новым, иным, подчас неожиданным и не присущим ему изначально содержанием и скрытым подтекстом, меняя его социальное предназначение и историческую значимость.
Так, Летний сад в Петербурге перестаёт быть только частью городского ландшафта, а Домик Чехова в Таганроге не представляется исключительно простым и даже неказистым на вид строением с весьма скромным внутренним убранством. Подобные явления наполняются глубокими эстетическими смыслами, расширяют содержательные границы и достигают высокого уровня художественного образа, благодаря чему краеведение как особая форма изыскательской и преобразующей деятельности поднимается на пьедестал творчества и сближается с искусством.
Неслучайно и сам Д. С. Лихачёв c болью передавал впечатления от соприкосновения с «уходящей культурой», не скупясь на метафоры: «Я возвратился из поездки до Астрахани и обратно. Теплоход современный, огромный, комфортабельный. На нём более трёхсот пассажиров. Но не было ни одного, который оставался бы равнодушен при виде затопленных лесов и ободранных памятников архитектуры на берегах. <…> Беда, лебедиными крыльями бьёт беда!» <…> «Погибающие церкви, старые усадьбы» «плачут глазницами своих пустых окон» [2].
На основе сказанного утверждается теснейшая связь краеведения с экологией в широком, современном её понимании, и не только природной, биологической, но и культурной и нравственной, озабоченной общественным и личным самочувствием людей. Подобный подход способен превратить краеведение из описательной науки не только в школу духовности, но и в гуманитарную «службу быстрого реагирования», отвечающую актуальным задачам медицины. И краевед в итоге занимает действенную позицию диагноста, способного выявлять симптомы опасных аномалий и болезней, разрушающих не только арт объекты с их историческими судьбами, но и сознание тех, кто призван их беречь, передавать новым поколениям, изучать и тиражировать материальные и моральные ценности, хранить и умножать опыт и традиции.
Примером современного созидательного подхода может служить многогранная краеведческая деятельность Г. М. Багдыкова. Без отрыва от своей успешной врачебной работы этот представитель известной в городе медицинской династии взял на себя заботу не только о старых особняках своей родной Нахичевани — некогда «уютного», «чинного, чопорного городка» [цит. по: 4, с. 25], как представляла его писательница М. С. Шагинян, стоявшая у истоков нахичевановедения, ещё до превращения этой столицы донских армян в штатный район своего соседа — «шумного Ростова» [4].
Действуя сообща со своими единомышленниками — отцом, выдающимся хирургом, заслуженным врачом России и известным краеведом М. Г. Багдыковым, и старшим братом Т. М. Багдыковым, также совместившим две профессии, Георгий Багдыков в реальности подтвердил правоту слов академика Д. С. Лихачёва: «Если человек не любит старые дома, старые улицы, пусть даже и плохонькие, значит, у него нет любви к своему городу. Если человек равнодушен к памятникам истории своей страны, значит, он равнодушен к своей стране» [2]. Такая социальная амнезия ведёт к утрате родовых связей, генетического кода, прерывает нить преемственности, разрывает линию культурного наследования.
Не только воспетая поэтом «любовь к отеческим гробам», но и, в первую очередь, обеспокоенность настоящим и тревога за будущее позволили доктору Г. М. Багдыкову избрать эффективные методы профилактики и лечения таких пороков общественного сознания, как равнодушие и беспамятство: вместе с соратниками он установил мемориальную доску на здании легендарной Гогоевской гимназии, выставил информационные стенды в парке имени Николая Островского, демонстрирующие историю бывших нахичеванских Балабановских рощ, и в парке имени Вити Черевичкина, принадлежащем до революции городу Нахичевань на Дону и именовавшемся в то время Александровским садом.
В районе Театральной площади был воздвигнут мемориальный знак — межевой столб «Ростов/Нахичевань на Дону»— на меже, по сути не разграничившей, а соединившей два дружественных города, а в память о нахичеванском голове Минасе Ильиче Балабанове на Армянском кладбище был поставлен памятный камень — кенотаф.
Подобное внедрение краеведов в городское пространство явилось своеобразным переводом в материальную сферу основных идей, запечатлённых на страницах многочисленных книг и газетных статей, написанных Георгием Багдыковым персонально и в соавторстве.
Публицистической трибуной врача и краеведа стали уже первые номера газеты «Нахичевань на Дону», сайты «Нахичевань.ru» и «Ростово Нахичеванский Пегас», серия книг «Жизнь замечательных нахичеванцев», составившая «Библиотеку» газеты, публикации «Ростово Нахичеванского общества любителей истории, литературы и искусств», первый канал Ростовского телевидения в программе «Ростов исторический» и художественная галерея «Ростов» — место проведения диалогических лекций Г. М. Багдыкова и О. А. Мордовиной из серии «Ростовские дворики» [5].
На помощь своим землякам и в медицине, и в краеведении доктор Багдыков приходит без промедления, ведь ему хорошо известен закон, открытый академиком Д. С. Лихачёвым. Природа — если только не мешать ей кардинально — постоянно занята собственным воспроизводством и самообновлением. В культурной сфере, напротив, предметы старины являются единичными, штучными, исключительными и невосполнимыми явлениями, их утрата безвозвратна. Реконструкция здания не возвратит его как «свидетеля», как «документ эпохи».
Пользуясь современными коммуникативными каналами, Г. М. Багдыков ведёт свой диалог с современниками и потомками, что называется, не покладая пера. В своих книгах — сам он и в соавторстве с О. А. Мордовиной — стремится к жанрово стилевому разнообразию и совершенствованию дизайна.
Как благодарный наследник доктор Багдыков дорожит союзом краеведения и литературы, поскольку истинные шедевры художественного краеведения блистательно воплощены в поэзии и прозе великих мастеров слова: Бианки, Блока, Бунина, Гоголя, Есенина, Лермонтова, Майкова, Мамина Сибиряка, Пришвина, Пушкина, Тютчева, Фета и др.
Но краеведение сегодня, и с этим согласны наши современные летописцы, — это прежде всего школа, сохраняющая нравственные законы прошлого и как драгоценную реликвию вручающая их будущему.
Библиографический список
- Озеров А. Г. Краеведение. Методические аспекты. М.: ООО «Юный краевед», 2021. 232 с.
- Лихачёв Д. С. Краеведение как наука и как деятельность // Русская культура. М.: Искусство, 2000. С. 159–173.
- Багдыков Г. М., Мордовина О. А. О чём расскажет нам город. Ростов на Дону: Донской издательский дом, 2019. 128 с.
- Авдулов Н. С., Мирзабекова Н. В. Мариэтта Шагинян. Нахичевань в жизни и творчестве (Сер. «Жизнь замечательных нахичеванцев»). Ростов на Дону: ООО «Ковчег», 2013. 64 с.
- Багдыков Г. М., Багдыков М. Г. Дом на 23 й линии // Лики прошлого. Лики настоящего. Таганрог: Веда, 2024. С. 202–204.
(ЧЕЛОВЕК ТРУДА И НАУКА. Материалы VI Всероссийской научно практической конференции с международным участием. Ростов на Дону, 6–7 ноября 2025 года. Донской государственный технический университет. Первичная профсоюзная организация работников ДГТУ. Стр. 209–211.)
Издательский центр ДГТУ, 2026