Информационно-аналитический портал о жизни донских армян
Дети всегда любят сладости. Как говорится, на то они и дети. Но и взрослые люди нередко бывают сладкоежками.
В кухне многих народов существует немало сладких блюд, разных десертов. Конечно, сладости всегда любили и у нас на Дону.
Например, в ростовской Нахичевани для детей нередко готовили сладкий хворост.
Вообще, сладкий хворост был всегда любимым лакомством на юге России.
Как-то, работая над очередной книгой с ростовским краеведом Оксаной Мордовиной, я обратил внимание на публикацию А. Маянского «Работа спорится» в газете «Вечерний Ростов» за 1978 год. Статья была опубликована в рубрике «Донские умельцы». В ней рассказывалось о том, что уникальный образец первого в России русского малогабаритного органа, родиной которого является Дон, был выставлен в Ростовском краеведческом музее как дар ростовчанина Григория Ивановича Стиненко.
В моем детстве мама готовила один особый праздничный пирог. Готовился он один раз в году – на Рождество.
Название пирога в детстве мне казалось каким-то необычным – «губаты» или «губати». Его ещё называют «сорокалиственник».
Это нахичеванское праздничное блюдо я любил. И эту любовь я вместе со своим старшим братом Тиграном пронес через всю жизнь.
Когда появились первые почтовые открытки? А когда они появились в нашем городе? Как-то, готовясь с ростовским краеведом Оксаной Мордовиной к очередной программе «Ростов исторический» на Первом Ростовском телеканале, мы задумались об этом.
По данным Википедии, первая почтовая карточка была выпущена в Австро-Венгрии в 1869 году. Правда, в некоторых публикациях утверждают, что это был 1870 год. Но в любом случае приблизительно в это время в почтовом обращении Австро-Венгрии появилась «корреспондентская карточка» с отпечатанной маркой. В России почтовая открытка увидела свет в 1872 году.
Читать далее Где жил Годя, или дореволюционные почтовые открытки
Когда же появились первые ёлки в нашем городе, в частности в Нахичевани-на-Дону? Прежде всего напомню, что в России официальное празднование Нового года установил царь-реформатор Петр Первый. Он повелел своим указом праздновать Новый год 1 января.
Новогодняя елка прижилась не сразу. Считается, что первоначально появилась она в Германии, в Европе. А уже оттуда эта традиция перешла в Россию.
Новый год в моем детстве был, конечно же, прежде всего семейным праздником. На новогодние праздники мама готовила особый пирог. Порой его пекли и на Рождество. Этот пирог называли дари (тари).
Почему 28 декабря – особый день в истории Ростова, спросите вы. А потому что именно в этот день в 1928 году было принято решение объединить Нахичевань с Ростовом в один город. Напомню, что тогда комиссия при Президиуме Всероссийского центрального исполнительного комитета рекомендовала Президиуму ВЦИК объединить Ростов и Нахичевань-на-Дону в город Ростов-на-Дону. Но официальное сообщение об этом было опубликовано лишь в январе 1929 года в газете «Молот». И в январе этого же года Председателем ВЦИК М.И. Калининым было подписано постановление Президиума Всероссийского центрального исполнительного комитета «О слиянии гг. Ростова и Нахичевани-н.Д. Северо-Кавказского края в один город, с присвоением ему наименования Ростов-на-Дону, и о выделении г. Ростова-на-Дону из состава Донского округа».
У нас в Нахичевани всегда особенно торжественно отмечали Новый год. Но не только его — весело справляли дни рождения, майские праздники.
Вообще, любые праздники в детстве я очень любил. Потому что мама готовила праздничные блюда. Конечно, это был традиционный салат оливье, но больше всего я ждал мамины пирожки, её сладости и торты.
Вы любите пунш? А вот в дореволюционной ростовской Нахичевани пунш очень любили. По крайней мере, такой вывод можно сделать, читая воспоминания нахичеванского предпринимателя и общественного деятеля Ивана Матвеевича Келле-Шагинова (1853–1932).
С годами я становлюсь старше, возможно, мудрее, в чём-то опытнее и даже циничнее, но по-прежнему особенно трепетно, как и в детстве, люблю новогодние праздники. Это ведь всегда ожидание чего-то светлого, доброго, какая-то особая вера в лучшее, идущая именно из детства.